Фонд Тимченко

На берегу глинистого озера

Северо-Западный ФО
Автор: Наталья Прокофьева

Жители из глубинки Коми – деревни Сейты – уже много лет восстанавливают своими силами старинную часовню-храм во имя святителя Модеста, патриарха Иерусалимского. Когда средств на возрождение Божиего дома стало недостаточно, предприимчивые сейтинцы принялись развивать в родной деревне… туризм.

Деревенька моя

Хотя деревня Сейты находится всего в 30 километрах от Сыктывкара, добраться сюда непросто: летом – только на пароме, зимой – через ледяную переправу. С коми языка «сёйты» переводится как «глинистое озеро». И не случайно. Деревня располагается у озера, на берегу которого издавна добывали глину для изготовления кирпичей; говорят, что есть здесь и лечебная глина.

Жителей сегодня в деревне не наберется и 30 человек, в основном это преданные своей малой родине пенсионеры.

Средоточием культурной жизни деревни является Народный дом, в котором находятся библиотека, музей крестьянского быта и гостиница… для туристов.

Но жемчужиной деревни считается старинная часовня-храм во имя святителя Модеста, патриарха Иерусалимского. Её восстановление практически завершено, но в истории деревенской часовни остается еще много неизвестных страниц.

«Достоверных сведений не имеется»

Историю часовни деревни Сейты пытались восстановить священники соседнего Вознесенского храма села Озел еще в 1900 году – но, увы, тщетно. «Когда сия часовня была построена, с чьего разрешения и по каким побуждениям, об этом достоверных сведений и устных преданий не имеется. В ней есть достаточное количество святых икон, и все принадлежности для отправления богослужений: всенощного бдения, часов и молебнов – имеются», – читаю в клировой ведомости озельской Вознесенской церкви. А службы тогда в деревне Сейты совершались в дни памяти святителя Модеста, патриарха Иерусалимского, Казанской иконы Божией Матери и Трех святителей.

В Сейты сохранилось предание, что строили часовню зодчие из Санкт-Петербурга – Яков и Павел, фамилия одного из них была Рыж. Сведения эти сообщил своему внуку, Семену Елфимову, его дедушка – деревенский псаломщик.

А почему часовню в глубинке Коми посвятили патриарху Иерусалимскому Модесту? Сотрудник Национальной галереи Республики Коми Наталия Плаксина считает, что связано это со случаями падежа скота в деревне, поскольку святитель Модест почитался как покровитель домашних животных и избавитель их от болезней. Уже в наши дни в часовню была возвращена икона, спрятанная в богоборческие времена в доме у одной из жительниц деревни, на которой были изображены в центре святитель Модест, а по сторонам – священномученик Власий, епископ Севастийский, и святая мученица Анастасия Рымляныня. Все эти святые считаются покровителями домашнего скота.

– Этот образ, думаю, и считался храмовым, – говорит Наталия Евгеньевна.

Находчивые сейтинцы

Староста часовни-храма Любовь Петрова рассказывает:

– Моя бабушка, Александра Ивановна, поведала мне, что народ в нашей деревне верующий был. В 4 утра поднимались и шли в часовню помолиться, потом работать, а в 8 утра уже собирались на утреннюю службу. Несколько раз в год проводились крестные ходы по всей деревне. А после 1930 года часовню уже закрыли. Но моя бабушка рассказывала, что еще в 1930 году тайно венчалась здесь при закрытых ставнях.

В Национальном архиве Республики Коми мне удалось отыскать сведения о том, как жители деревни Сейты пытались добиться открытия и своей часовни, и храма в соседнем селе Озел в 1933–1934 годах. Люди, живущие тогда в непроходимой лесной глуши, начинают свое письмо ни больше ни меньше как: «Москва. Кремль. Центральный исполнительный комитет ВЦИК».

Наше население находится в отдалении от города Сыктывкара и других сел среди непроходимого леса… Мы лето и зиму работаем в лесу на советскую власть: зимой – на срубе леса, а весной и летом находимся на сплаве… А нам приходится жить без удовлетворения религиозных треб – без крещения младенцев, без отпевания умерших, напутствия больных… Наш сельсовет нас запугивает высылкой и ссылкой из нашей местности, кто начнет ходатайствовать и хлопотать об открытии церкви», – пишут жители деревни.

Письмо подписали 184 человека. Но в ходе проверки подлинности подписей выяснилось, что среди ходатайствующих об открытии часовни и Озельской церкви были на тот момент и уже давно умершие жители, и те, кто и вовсе не проживал в этой местности, а иные сейтинцы подписали письмо два раза. Несмотря на то, что хитрость жителей деревни Сейты была разоблачена, их доводы в Москве показались убедительными. «Закрытие церкви нам непонятно. О решении подробно сообщите», – пишет ответственный секретарь комиссии по вопросам культов ВЦИКа Воробьев в г. Сыктывкар – в районный исполнительный комитет (РИК). А через некоторое время секретариат ПредВЦИКа даже присылает первое напоминание Сыктывкару – РИКу, незамедлительно требуя результат по делу граждан деревни Сейты об открытии церкви.

«В деревне Сейты не церковь, а просто деревянная часовня, – вынужден оправдываться заместитель секретаря областного исполнительного комитета Захаров. – Озельская церковь совершенно со стороны с\совета не закрывалась и числится за верующими. Церковь обществом верующих не используется уже несколько лет из-за отсутствия служителей культов, что Вам и сообщается».

В выписке из протокола № 59 заседания президиума Коми областного исполнительного комитета от 22 марта 1936 года читаю уже о том, что: «Постановили: удовлетворить ходатайство Сыктывдинского райисполкома церковь в с. Озел ликвидировать, освободившееся культовое имущество передать в распоряжение с/совета для использования под клуб».

В часовне деревни Сейты долгие годы находился зерновой склад местного совхоза.

Всем миром

– Я работала еще социальным работником в деревне Сейты и каждый раз, проходя мимо нашей часовни, думала о том, что если она разрушится, то грех будет на нас, наших детях и внуках, – рассказывает Любовь Петрова.

И однажды Любовь Валентиновна предложила землякам восстановить часовню. И не только предложила, но и всех сподвигла на это. Общественница деревни Сейты Ольга Беляева добилась, чтобы общине верующих деревни передали здание часовни, принадлежащее местному совхозу. Но в самом начале Любовь Валентиновна вместе с внуками, вооружившись лопатами и вениками, вычистила метровый слой гнилого зерна. Потом гнилые доски убрали.

С большой теплотой сейтинцы вспоминают сегодня экс-главу сельского поселения «Озел», в состав которого входит деревня Сейты, Елену Доронину.

– Если бы не наша глава, мы бы не восстановили храм. Инициатива помощи всегда от нее исходила. На лето в администрацию сельского поселения были трудоустроены безработные жители деревни, которые занимались восстановлением часовни. Они провели косметический ремонт внутри здания и поменяли нижние венцы, которые уже сгнили, так что часовня стала «сползать» вниз.

– Наши мужики дедовским способом поднимали часовню. Такие умельцы оказались, хотя и все пьющие, – вспоминает время восстановительных работ Ольга Беляева.

Печалится Ольга Модестовна только о том, что не удалось сохранить часовню в первоначальном облике:

– Ведь она еще красивее была, но когда делали крышу, то все украшения убрали, и часовня стала ниже. И на колокольне теперь нельзя выпрямиться во весь рост.

Все жители деревни участвовали в восстановительных работах – выходили на работу, когда могли.

– Когда узнали о том, что мы возрождаем часовню, нам стали помогать бывшие жители Сейты. Они приезжали на лето в деревню и жертвовали иные по 10 тысяч рублей на восстановление местной святыни, – продолжает свой рассказ Ольга Модестовна.

Жителям деревни Сейты удалось восстановить часовню, теперь ее именуют часовня-храм, так как в ней имеется алтарь и можно служить Литургию. Но службы проводятся в часовне-храме только в летнее время.

О посещении деревни Сейты участниками проекта «Общее дело» Ольга Модестовна сегодня вспоминает с улыбкой:

– Выходят из машины семь человек – юноши и девушки; у них рюкзаки такие огромные за плечами, выше их самих. И они говорят, что приехали нашу часовню восстанавливать. «Ладно, пойдемте, посмотрите нашу часовню», – приглашаю я их. А как они вошли внутрь, так и ахнули – все уже восстановлено! Мы наших гостей в Народный дом пригласили, угостили ребят, оставили ночевать, а наутро они поблагодарили нас, сделали зарисовки нашей часовни, сняли ее размеры и уехали. А через некоторое время мне пришло приглашение в Москву – принять участие в торжестве по случаю 10-летия проекта «Общее дело. Возрождение деревянных храмов Севера». И я поехала!

С восстановления часовни началось и возрождение деревни Сейты.

– Нам стало не хватать средств на восстановление часовни, и я предложила показывать наши красивые места, чтобы заработать деньги и передать их на благое дело, – рассказывает Ольга Модестовна.

Туризм по-сейтински

А показать сейтинцам есть что! Но нужно было немного поучиться.

– Это в 2015 году началось, когда в нашем районном центре, в селе Выльгорт, открыли туристский центр, – рассказывает руководитель информационно-туристского центра Сыктывдинского района Коми Ольга Торлопова. – И наш менеджер Светлана Тюрнина написала проект «Активная старость Сыктывдина», который получил грант фонда «Добрый город Петербург». Мы собрали тогда по всему нашему Сыктывдинскому району активных пенсионеров, которые занимаются краеведением, и провели обучающие семинары о том, как правильно составить экскурсионный маршрут, как подготовить его паспорт. Так, в Сыктывдине удалось организовать 10 экскурсий; путешествие в деревню Сейты получило название «Парное молоко».

А два года назад прихожане часовни-храма святителя Модеста деревни Сейты создали территориальное общественное самоуправление (ТОС), которое возглавила Ольга Беляева.

Интересна судьба и самой Ольги Модестовны. Ведь Сейты – это даже не её родина, но здесь жили и похоронены её близкие по материнской линии.

– Мой дедушка окончил четыре класса церковно-приходской школы, даже сам учителем работал в Сейты. Когда жить в деревне стало трудно, он разобрал свой двухэтажный дом и перевез его в Сыктывкар. Здесь мама и познакомилась с моим отцом, Модестом Модестовичем, которого из Саратова направили в Сыктывкар, – он работал здесь инженером-механиком. В Сыктывкаре, только в нашем родовом деревенском доме, родилась и я, – рассказывает Ольга Беляева.

Ольга Модестовна много лет проработала воспитателем детсада, а выйдя на пенсию, вернулась на родину своей мамы. Сама же моя собеседница считает, что это святой Модест, как покровитель их семьи, привел ее восстанавливать деревенскую часовню.

В 2017 году ТОСовцы под руководством Ольги Беляевой получили грант в размере более полумиллиона рублей на развитие проекта «Туристский маршрут “Парное молоко”» в конкурсе Фонда Елены и Геннадия Тимченко «Культурная мозаика малых городов и сёл». И работа закипела! На полученные средства сейтинцы обустроили деревенский родник, который уже освятил священник, заказали сруб для купальни, очистили старый колодец Сейты, приобрели велосипеды для гостей деревни.

На днях стала известна еще одна радостная новость: ТОС деревни Сейты стал победителем второго конкурса на получение Президентских грантов в 2018 году. Прихожане часовни-храма и активные общественники выиграли 473 900 рублей на создание уличного тренажерного комплекса под навесом «ФизКульт». Кроме этого в Сейты продолжаются восстановительные работы дачного дома Н.М. Дьяконова.

Известный советский драматург, режиссер, автор пьесы «Свадьба с приданым» Николай Дьяконов в Сейты провел последние годы своей жизни. Супруга писателя Мария Степановна – родом из этой деревни. Со времен жизни в Сейты Дьяконовых здесь осталась их дача, которую в рамках работы местного ТОСа сейчас восстанавливают, чтобы тоже открыть для посещения туристами. А в родовом доме Марии Степановны Ольга Беляева еще в 90-х годах прошлого столетия открыла Народный дом, в котором организовала досуг для деревенских жителей: библиотеку, гостиницу для туристов и музей крестьянского быта.

– Ходила я по свалкам, по домам сейтинцев и собирала старинную посуду, мебель для нашего музея, – вспоминает она.

Здесь в качестве экспоната появился даже свой старинный ткацкий станок. Но вот не осталось уже в живых мастериц. Помочь сейтинцам возродить старинный промысел помогла специалист из дома ремесел села Выльгорт «Зарань» Тамара Гилева. В руках Тамары Васильевны старинный станок «ожил». Мастерица заправила его нитями основы и стала обучать ткачеству и местных жителей, и туристов.

– Конечно, не всё сразу вышло гладко, но принципы тканья узорной дорожки были всеми желающими освоены, – рассказывает Ольга Беляева.

Приезжали в Сейты и сотрудники Сыктывкарского литературно-театрального музея имени Николая Михайловича Дьяконова и помогли оформить в Народном доме стенд, посвященный драматургу и его знаменитому творению – пьесе и кинофильму, снятому по мотивам «Свадьбы с приданым».

А сегодня Народный дом, открытый в прошлом столетии, стал одним из этапов туристического маршрута в деревню Сейты.

Здесь, в Народном доме, в зимнее время сейтинцы собираются на встречу с батюшкой. Священников приглашают из окрестных сел и деревень.

– Перед приездом батюшки в течение нескольких дней топим в Народном доме печку, оповещаем всех прихожан, – рассказывает Любовь Петрова.

«Батюшка приехал!»

Одно из таких путешествий в зимние Сейты я совершила вместе с настоятелем храма во имя Ксении Петербуржской деревни Визябож игуменом Игнатием (Бакаевым). Батюшка подъехал сначала к часовне-храму святителя Модеста, около которой уже собралась немногочисленная община деревни Сейты, к ним присоединились и несколько прихожан из соседнего села Озел – отец Игнатий привез их с собой. «Батюшка приехал!» – слышалось отовсюду. Возможность участвовать в церковных Таинствах и пообщаться со священником – для деревенских жителей ни с чем не сравнимое счастье. Так как тогда шло время Великого поста, жители пригласили священника для проведения Таинства соборования, но в Народном доме деревни Сейты оно продолжалось более трех часов. Связано это было и с состоянием здоровья уже немолодого батюшки, которому требовался отдых, – но это время отец Игнатий заполнял пояснениями к евангельским чтениям. Завершилось Таинство продолжительной проповедью.

А после беседы батюшки с прихожанами откуда-то возникли столы, которые быстро заполнились яствами. Именно тогда я и попробовала знаменитые сейтинские колобки, которые уже стали гастрономическим брендом деревни и тоже помогают в благом деле восстановления часовни.

Секрет Тамариных колобков

– Колобки такие выпекаются в столетней печи, – интригует Ольга Беляева.

Конечно, я в свой второй приезд в Сейты побывала в гостях у прихожанки часовни-храма святителя Модеста Тамары Лыткиной и увидела ту самую русскую печку, в которой рождается чудо-выпечка.

При мне Тамара Валентиновна вынимает румяные колобки из печи и подает на стол. А попробовав их, уже не можешь оторваться.

– Ну почему они такие вкусные? – пытаюсь выведать у хозяйки секрет.

– Да не знаю я! – отмахивается Тамара Валентиновна, а потом сдается: – Готовлю я их на воде. В тесто кладу ложку соли, две ложки сахара, стакан растительного масла, две пачки дрожжей, муку – вот и весь рецепт!

– А вкусно так получается потому, что в русской печке наши колобки пекутся, – наконец объясняет Любовь Петрова. – В печке они готовятся очень быстро, 5–10 минут. Поставили их в печь, они снизу пропеклись, потом закрыли печь, и они сверху подрумянились. А в микроволновке вы будете их печь 20–30 минут, и они твердые получатся. Традиционные коми-пироги – рыбники – час готовятся в русской печи, но особенно вкусны наши пирожки с грибами.

– Туристы, когда попробовали наши пирожки, сказали, что никогда таких не ели, и это наш бренд! – с гордостью за сейтинских хозяек отмечает Ольга Беляева.

А знакомство со столетним домом и настоящей русской печкой только усиливает впечатление, произведенное кулинарными шедеврами сейтинских мастериц. Пользуясь радушием и гостеприимством хозяйки, прошу разрешения на секундочку подняться и на печку. Для меня было большим счастьем заглянуть в неведомый надпечный мир, где все еще живут прабабушкины сказки. Конечно же, и мои спутники не смогли отказать себе в удовольствии побывать на русской печке. А растроганная хозяйка даже предложила сделать свой дом одним из пунктов для посещения туристами.

– Этот дом ведь 10 лет пустовал, – удивляет нас Тамара Валентиновна. – Здесь жил родной брат моего прадеда Михаила. Я однажды пришла сюда, и мне так понравилось, что я решила сюда переехать. Сделала ремонт, перевезла в большой просторный хлев скотину, а были у меня коровы, бычки, куры, свиньи и даже лошади. Сейчас по состоянию здоровья пришлось отказаться от ведения собственного хозяйства…

Это в будущем может оказаться серьезной проблемой для моих героев, активно развивающих туризм в родной деревне. Напомню, что туристический маршрут в Сейты получил теплое название «Парное молоко».

– Ведь мы еще и молоком наших гостей поим – топленым и парным, – объясняет Ольга Беляева.

Историческая личность

Но сегодня только три сейтинских жительницы содержат свое хозяйство. И одна из них – Елена Дмитриевна. Ей 92 года, а она все еще многие виды работ по хозяйству выполняет сама. В том числе и сама делает знаменитое сейтинское масло, которым щедро угощает своих гостей. Намажешь таким маслом булочку, съешь – и весь день сыт потом. Я не стала выпытывать секреты изготовления такого масла, уж слишком интересна была сама моя собеседница.

Елена Дмитриевна восседала на своем стуле, как троне, и не подумаешь даже, что эта женщина пережила тяготы военных лет в деревне Сейты и у нее вообще не было детства. С 14 лет она уже работала в лесу: валила лес тонкой пилой, которую могли удержать девичьи руки, трудилась сучкорубом, вывозила лес на лошадях. После войны телятницей работала и несколько лет трудилась бригадиром в местном совхозе…

Ко всем прочим достоинствам моей собеседницы можно добавить, что Елена Дмитриевна воспитала двух дочерей, которые не покинули родную деревню. С Еленой Дмитриевной живет дочь Ольга, она и помогла мне перевести с коми языка рассказ своей мамы о временах, когда еще в Сейтах действовала часовня.

А Елена Дмитриевна узнала эти подробности из воспоминаний своих родных.

– Когда рушили часовню, то люди спасали иконы. В нашем амбаре тоже были спрятаны большие иконы, мы их потом отдали: одну – в храм села Озел, другую – в нашу часовню-храм. Чтобы иконы не обнаружили безбожники, из них местные жители делали даже сундуки, – вспоминает Елена Дмитриевна.

Поведала моя собеседница и о том, как жители деревни Сейты противились советской власти и продолжали звонить в колокол даже тогда, когда в часовне уже зерновой склад был. Пережил колокол и годы Великой Отечественной войны, а потом бесследно исчез…

– У вас тоже дома столько старых икон! – не могу скрыть своего удивления.

– А эти святыни не из нашей часовни, они остались от моих бабушки с дедушкой, – рассказывает Ольга. – Собираюсь в скором времени отвезти наши семейные реликвии в город, в музей, на реставрацию…

Так турмаршрут «Парное молоко» принес намного больше впечатлений, чем только дегустация местных лакомств и любование местными красотами. Главное в деревне – это все-таки люди уникальных судеб и сокровища их памяти, надо лишь немного приложить усилий, чтобы эти «богатства» открылись тебе.

Но будет ли жить деревня?

– Такую экскурсию удается провести несколько раз в год. Ее стоимость 1200 рублей. Но благодаря этому турмаршруту мы смогли поднять часовню! – восклицает Ольга Модестовна. – Осталось завершить немного: утеплить пол и железом покрыть крышу и купол. К сожалению, такого специалиста в деревне Сейты уже не осталось, и его надо будет приглашать из другого села.

Во время моего путешествия в зимние Сейты меня интересовал еще один вопрос: будет ли жить деревня?

Да, поехали в глубинку Коми туристы сегодня со всей России, а в гостевой книге Народного дома я обнаружила отзыв даже на японском языке. А на днях в турмаршруте «Парное молоко» принял участие аргентинский дирижер Рамиро Ариста. И тем не менее…

– Нет, не думаю, что деревня возродится, – вздыхает Ольга Модестовна. – Если туризм будем развивать, то потихоньку территория Сейты обустроится, облагородится. Правда, молодежь, покинувшая деревню, уже не возвратится. Но она и без деревни жить пока не может – вот и приезжает на свою малую родину за продуктами, полюбоваться природой, глубоко вдохнуть чистый воздух Сейты. А вот остаться жить здесь и вести свое хозяйство уже не получится у наших деревенских горожан…

А Любовь Петрова считает, что родная деревня будет жить. Потому что полюбилось это место на берегу глинистого озера дачникам и на лето они переезжают в Сейты.

А еще поехали к святителю Модесту в глубинку Коми паломники со всей республики, чтобы увидеть главное чудо святого – чудо возрождения умирающей деревни.